Открытие. «Made in China»

Дата открытия - август 2017 года

Очень давно не было ничего, а только тьма над бездною, холод и пустота. Потом были развеселый «Терминал-бар» на Рубинштейна и через несколько лет вынужденные скитания в степях и пустынях в поисках нового места. Потом небо обещало, что отдаст Илье Базарскому и Павлу Штейнлухту богатую землю, где в реках вместо воды текут молоко и мед, и на той же улице Рубинштейна партнеры открыли израильский «Бекицер». И все увидели, что это хорошо. В промежутке был запуск домашнего ресторанчика «Schengen» на Кирочной, прошлым летом над «Бекицером» разместился «Social Club». И вот теперь – игра в Азию.

Игра случилась из-за безвременно закрывшегося бара в Басковом переулке. Назывался «Black China» – азиатский и вечерний, бар напоминал манерную черную шкатулку, и сделали его две девушки Мадина Кажимова и Анна Долгушина. Первоначальный план соединившихся четверых соучредителей - тандем мальчиков плюс тандем девочек – состоял в абсолютном сохранении «Black China» на новом месте. Но человек только предполагает. В найденное двухэтажное, светлое, просторное помещение в столетнем здании «Росфото» на Б. Морской бар «Black China» не залезал. Залезала новая идея – рестобар с фейковым именем «Made in China».

Кроме названия на Большой Морской, 35, все настоящее. Ну или почти все. Возможно, помнящий февральскую революцию мраморный пол, лестница вразлет, лепнина - всю эту вековую нетленку разбавили яркими диванчиками, притворяющейся рыбной чешуей бетонной плиткой и а-ля китайскими зонтиками. В первом этаже сидеть можно на пресловутых диванчиках у царских окон, можно сидеть и во втором этаже – забиться поближе к фикусам или у чугунных перил над самым баром.

Еда в «Made in China» тоже а-ля; на аутентичность не замахиваются, скорей вокруг нее иронизируют. Дают локальный азиатский вавилон без оглядки на геополитические условности. В каждой почти тарелке найдете ассорти вкусов – Китай мешают с Японией, Францию с Кореей, Мексику с Китаем и далее. Китайские булочки бао подают с рагу из говяжьих щек и ядреным, с чили и чесноком, латиноамериканским чимичурри, глазированную свиную грудинку рифмуют с главным корейским достоянием – острой капустой кимчи, мексиканскую лепешку тако делают из теста, назначенного для пельменей гедза, и заворачивают в лепешку утку в кисло-приторный хойсин. Китайскую, околокитайскую и вообще многую еду определяют соусы: кроме чимичурри и хойсина соусы делают на основе соевых бобов мисо, из японской горчицы васаби, из арахиса и из черта в ступе. Битые огурцы бьют и полдня маринуют в брусничном уксусе с анисом, зирой, кардамоном. Китайские мудрецы говорят: играй-играй, да не заигрывайся. В алкокарте – классика жанра в виде азиатских дистиллятов: японский саке, корейский соджу и стопроцентно made in China водка байдзю.