Обзор прессы. "Ведомости". 04 июля 2003

Москва для москвичей и гостей столицы. С полгода тому назад мне случилось забраться на крышу только-только открывшегося отеля "Арарат Парк Хайят" и даже написать, что с этой самой крыши наблюдается лучший московский вид, по крайней мере, он точно будет лучшим до тех пор, пока не откроется бар на верхотуре "Хилтона", что строится на месте "Интуриста". Пару недель тому мне случилось выпивать в поселившемся на крыше "Арарата" кафе, и теперь я всерьез думаю, что с "Хилтоном" я погорячился и для того, чтобы переплюнуть верхнюю террасу "Арарата", ему придется как минимум спилить два последних этажа "Националя", обкорнать Центральный телеграф и вырвать с корнем прилипшую к Государственной думе силосную башню. А вот Москва в интерпретации "Арарата" уже сейчас достойна если не грамоты ЮНЕСКО, то уж точно пятидесяти долларов, каковые вы оставите на крыше этой гостиницы за дерзко пахнущую эстрагоном баранью котлету с гриля и пару бокалов калифорнийского вина. Если это предложение вас не устраивает, можно выбирать из дюжины закусок: помидоры с моццареллой, салат "цезарь", руккола с осьминогами, фенхель с лососем и лаймом и дюжина блюд, приготовленных на углях: лещ с фенхелем и кориандром, телятина с тмином. Цены на все эти истории крутятся вокруг до около двадцати у. е. Пан или пропал. Западные гастрономические журналы последнее время поговаривают о том, что, хоть итальянская кухня и победила повсеместно и безоговорочно, это не значит, что ей нет альтернатив. В качестве основной журналы называют паназиатскую кухню. Слово "паназиатская", как и большинство кулинарных понятий, означает многое и одновременно ничего. Если объяснять грубо, то это всем известный фьюжн, только вывернутый наизнанку. То есть фьюжн придумали европейские и американские повара. Паназиатская кухня - дело рук азиатов, торкнутых западной гастрономической традицией. У нас с паназиатской кухней до последнего времени особо никто не носился (не считая всегда все знающего Аркадия Новикова, который притащил одного из поваров Нобу Мацухисы на гастроли в "Бисквит") , и вот нынешним летом появилось сразу два заведения. Причем расположенных практически напротив друг друга на 1-й Тверской-Ямской. Одно - то, что на правой стороне, если ехать из центра, - называется "Имбирь" (о нем в следующий раз) , другое - на месте кошерного ресторана "Кармель" - зовут "Нконг". "Нконг" - это несколько залов, нафаршированных мягкими диванами, восточными шкафчиками, люстрами, вазочками и прочей антикварной и не очень маятой. Все вместе это выглядит довольно дорого, вполне себе уютно и густо пахнет благовониями. Меню довольно разнообразное, хоть и умещается всего на нескольких страницах. Блюда затейливо сгруппированы по стихиям - огонь, воздух et cetera. Порции весьма небольшие, цены при этом довольно высокие. Средний чек, если не слишком усердствовать - пара закусок, суп и горячее, известит вас, что вы наели на полторы примерно тысячи рублей. Гастрономические сюжеты пересказывать особого смысла не имеет. Просто представьте себе, что все, что вы ели в японских, китайских, тайских, вьетнамских ресторанчиках, со всего размаху стукнули пудовым европейским половником. От какового удара у суши появляется подозрительный привкус ризотто, а суп том ям начинает отдавать буйабесом. Я бы не сказал, что эта кулинарная аберрация идет еде в "Нконге" на пользу, но она почему-то сильно нравится всем без исключения моим знакомым дамам. Другое дело, что то, что у женщины на языке, не всегда имеет отношение к уму и тем более - вкусу.