Olga Strelkova

Это литературный эпизод. Все персонажи и события вымышлены, все совпадения случайны. Ресторана "Мусоргский" в Петербурге не существует.

ЭПИЗОД 2. ХОЗЯЙКА РЕСТОРАНА

В ресторане «Мусоргский» было холодно.

Я жалась в угол любимого дивана, куталась в хилый плед и знала, что молить о пощаде бесполезно. Хозяйка – монументальная женщина с фигурой молотобойца – любила распахивать огромные французские окна.

Петербург – город северный, но местные жители думают, что они на курорте. При малейшем солнечном лучике разоблачаются до голых ног, щеголяют в пляжных одеяниях по Невскому проспекту.

Хозяйке нравилось сидеть за столиком у окна и приветствовать проходящих мимо знакомых. Посетители внутри ресторана пытались сказать, что они уже изрядно продрогли… Хозяйка махала рукой прохожим.

Год назад в такой же холодный майский день я кричала, просила и плакала, чтобы хотя бы на час окно закрыли. У меня были сложные переговоры с энергичным московским бизнесменом. Он раскатывал меня как асфальтоукладчик на автопилоте и отжимал как стиральная машина с турбодвигателем. Убийственный холодный сквозняк по ногам в изящных босоножках был совсем некстати. Переговоры я проиграла, жесточайший цистит заработала.

Сегодня меня тревожил не только холод. Почему-то хозяйка меня полностью игнорировала. Она часто сама обслуживала гостей, не стеснялась подать меню, помогала официантам убирать посуду. Ей казалось, что у нее уютный семейный ресторан. Она прошла мимо моего столика уже трижды и ни разу не заметила мою сигнально-приветственную улыбку. Я чувствовала себя золушкой, флиртующей не с тем принцем.

Хозяйка одевалась с развязной элегантностью. Короткие открывающие грудь платья, массивные украшения. Суровая валькирия ресторанного бизнеса. Знала пару экзотических языков, завалила несколько ресторанных проектов. Мне удалось с ней однажды довольно подробно побеседовать.

Мои отношения с «Мусоргским» были почти родственными. Ресторан находился на перекрестке всех дорог. Направо – школа моего ребенка. Налево – библиотека, где работает моя мама. Напротив – лучший драматический театр страны.

Я забегала сюда два-три раза в неделю с момента открытия. Любила атмосферу то ли интеллигентской квартиры, то ли обкомовской библиотеки. И полное невмешательство в жизнь «отдыхающих».

В «Мусоргском» меня признавали за свою, но относились ко мне по-петербургски сдержанно. Есть у тебя любимый уголок – вот и сиди там тихо. Я привыкла, и меня это устраивало.

Нарочитый бойкот хозяйки меня нервировал как жужжание комара. Вроде бы ничего особенного, а отвлекает. Поздоровается или не поздоровается? Заметит или не заметит? Случайно или намеренно? И, наконец, почему?

Мимо пробежала девочка-администратор. Воссияла улыбкой, спросила, как дела. Проскочил шеф-повар. Поприветствовал, широко раскинув руки. Даже официантка меня не забывала. Хозяйка не видела в упор.

Я сгруппировалась, сложилась в отчетливую эффектную улыбку, вылетела пружиной в центр зала и громко сказала:

-- Здравствуйте, как поживаете?!

Хозяйка скривилась, будто попробовала прокисшее молоко, и вынужденно кивнула.

Я расплатилась по счету, оставив щедрые чаевые.

Чтобы заесть такой обед, нужна была небольшая оргия. Я заметалась по улице в предвкушении подходящего импульса.

Иосиф Гольман опаздывал. Я ждала его уже тридцать четыре минуты.

Разглядывала уголочек освещенного солнцем Невского и безжизненные окна Елисеевского магазина. Невский жил, Елисеевский был в ремонтной коме.

Уютного места в кофейне не нашлось, остались лишь минимально пригодные. Капучино давно кончился, газета «Ведомости» исчерпала себя.

Над маленьким круглым столиком нависла тень. На вешалку полетела фетровая шляпа.

-- Ольга, приветствую!

Напротив меня в кресло уместился человек неопределенного пола и возраста, отдаленно напоминающий сравнительно молодого мужчину не старше сорока, а, может быть, и тридцати лет.

Я пыталась соотнести его вежливую и дружелюбную манеру общаться по телефону с внешним обликом. От смущения я не знала, куда девать глаза. Потребность потупить взгляд мне казалась невежливой, и я смущалась еще больше.

Черт, черт, черт! Я была совершенно не готова к тому, что мне придется рассматривать голый мужской торс, покрытый густой серо-коричневой растительностью в разрезе ворота спортивной куртки. Кокетливо распахнутое «декольте» переходило в упругий обильно-круглый животик, тоже оголенный до самого пояса. На трикотажную курточку, выставляющую напоказ обширный треугольник волосистого торса, был нацеплен приталенный пиджачок с засаленными лацканами. На запястье гнездились массивные дорогие часы. Короткие джинсы упирались в кедообразную обувь. Между окладистой бородой, обрамляющей тяжелую нижнюю челюсть, и низким лбом были воздвигнуты старомодные ретро-очки с затемненными стеклами.

Он взглянул в меню и взвизгнул:

-- И тут они пишут рукколу с двумя «к»!

Скривившись от отвращения, он бросил официанту:
-- Эспрессо, пожалуйста!

Как только ему подали кофе, он выдал монолог о дурном качестве современного орфографического словаря. Слова и термины извергались из его рта, как свежемолотый фарш из отверстия электрической мясорубки.

-- Кто должен составлять словари? Чтобы определить написание «рукколы» нужно созвать совет филологов-романистов, филологов-классиков и компетентных русистов. И только после этого, вспомнив и осознав закономерности аллитерации и транскрибирования во всех современных и древних языках, утверждать написание заимствованного слова.

Я попыталась приструнить его универсальной научной фразой:

-- Современный русский язык как язык лишенный кодифицированной нормы…
Это было ошибкой. Мясорубка заработала с утроенной скоростью.

-- Какое значение имеют лексикографические технологии, если речь идет о чистоте языка? Чистота и частотность никак не связаны!!! Я как ученый… – увлеченно гневался он.

-- Иосиф, а чем вы занимаетесь? – я попыталась выплыть из лингвистического болота.

Он захлебнулся фаршем слов и оторопел от неожиданной остановки.

-- Теперь американо! – рявкнул он на официанта и на мгновение задумался. В мясорубку загрузилась новая порция исходного сырья. Небольшая пауза, легкая внутренняя разминка, глоток кофе, старт!

-- Я долгое время занимался наукой. Трудно заниматься наукой частным образом, но я серьезно изучил историю новейшего искусства и методологию периодизации античных времен.

Я стала жалеть о том, что ничего не заказала. Но была совершенно непонятна позиция Гольмана по поводу счета. В Москве по умолчанию мужчина платил за девушку всегда и в любой ситуации, в Петербурге большинство мужчин очень негодовали и расстраивались, если их спутница не оплачивала счет самостоятельно хотя бы за себя. Я боялась попасть в неловкую ситуацию, неправильно выбрав «формат расплаты».

Тем временем мясорубка выплюнула бездну автобиографической информации о преподавании в берлинских университетах, конфликте с американскими академиками и полном разочаровании в научных институтах. Понять, что Гольман заканчивал и кем работал, на пятьдесят восьмой минуте нашей встречи не представлялось возможным. А ведь нужно было еще подобраться к ресторанам и ресторанной критике. Встретились-то мы на ресторанном сайте...

-- Я читала ваши отзывы на рестотренд.ру…

Он сглотнул и завертел головой, видимо, прочищая свою мясорубку.

-- Я вообще рестораны не люблю, -- припечатал он, собираясь с силами для новой рулады рассказа о себе и своих взглядах по широкому спектру вопросов.

-- Я заметила, что вы пригласили меня в кофейню.

-- Вы же хотели кофе – вот вам кофе.

Я улыбнулась нежно и ласково, пытаясь скрыть свое нарастающее раздражение.

-- Что же вы делаете на рестотренде?

-- Как художник я имею склонность к химическому анализу, а химия и кулинария очень тесно связаны. Если бы наши шеф-повара знали химию, то в наших ресторанах можно было бы есть!

Так, он еще и художник. Химия – тоже перспективная тема.

-- Где же вы едите? – полюбопытствовала я.

Он довольно оглянулся по сторонам и удовлетворенно оглядел сам себя, надолго погрязнув взглядом в волосистой части своего живота. Снял очки, тщательно протер их холщовой тряпочкой и приступил к следующей лекции.

-- Все говорят, что у меня очень высокий уровень потребления, но мне он совсем не кажется высоким. Конечно, очень важно покупать настоящий блюфин, французское масло правильной марки и нужный сорт телятины для антрекота… Но я вполне могу и потерпеть полгода прежде чем позволю себе бутылку хорошего дорогого вина. И это будет не какой-нибудь банальный петрюс, я выберу непрестижное шабли, зато лучшего урожая…

Извержение мясорубки закончилось. Теперь в ход пошла стиральная машина, которая медленно, громко и ритмично раскручивала свой булькающий барабан в центре его голого пуза. Он урчал и лучился, восхищаясь собственными гастрономическими вкусами. Я по-прежнему скребла ложечкой застарело-опустошенную чашку кофе.

Я стала оглядываться в попытке ухватить внимание какого-нибудь официанта.

-- Но кое-что невозможно приготовить в домашних условиях, поэтому я иногда в рестораны выбираюсь.

Я попробовала дотянуться рукой до меню на служебном столике. Администратор посмотрела на меня осуждающе. Гольман моих маневров не замечал.

-- Я ходил в лучшие рестораны к лучшим шеф-поварам… -- с гомеровской размеренностью зачал он новую историю

-- И??? – я исхитрилась и схватила за рукав официанта. Официант сопротивлялся и отстаивал свою независимость.

-- Я рассказал всем шеф-поварам и сомелье, как они должны работать по-настоящему. Ко мне стали прислушиваться.

Ткнув официанта в бок, стукнув его по колену и изобразив несколько угрожающих жестов, мне удалось послать его за круассаном и чашкой чая.

-- Мои банкеты для узкого круга лиц стали широко известны. Меня стали просить проконсультировать разные заведения, поставить там кухню…

Его очки затуманились от воспоминаний.

Я швырнула ложкой в официанта, пытаясь ускорить события. Поднос с моим заказом уже томился на барной стойке. Официант дезертировал на уличную террасу.

Тем временем внутриутробная стиральная машина закончила свою работу. Наступило время для коронной арии сегодняшнего вечера. Гольман вынул из цветастого рюкзачка объемную коробочку невнятного плетения. То ли картон, обтянутый текстилем, то ли папирус с акварельными разводами.

Значительным жестом он вскрыл этот мини-ящик и изъял оттуда запасные очки. Долго, подробно, словно тщательно отсмаркиваясь, чистил их рогожкой. Водрузил на нос, старые отправил в папирусный короб. В новых очках стекла были светлы и прозрачны. Темные пуговки его глаз сфокусировались на кончике моего носа.

Я сделала заинтересованное лицо.

-- Меня уговорили открыть свой ресторан.

Я чуть подпрыгнула на кресле, пытаясь принять более удобную позу.

-- У вас есть ресторан? Как он называется?

-- Он был без названия. На три стола. Просуществовал месяц. Я сделал настоящую гастрономическую кухню.

Иосиф Гольман тяжело задышал и стал раскачиваться из стороны в сторону как маятник Фуко в Исаакиевском соборе.

-- Мы готовили телятину двадцать шесть часов. Это был теленок, которого я знал с момента зачатия. Я контролировал то, как его забивали и разделывали. Я не спал и не отходил от духовки больше суток.

Трагический финал саги был близок.

Официант медленно приблизился к стойке и глубоко задумался. Я буравила его взглядом, пытаясь стимулировать доставку моего круассана.

Глазные пуговки Гольмана заблестели.

-- К нам пришли все гурманы города. Послы из дальнего зарубежья и победители региональных конкурсов сомелье. Рестораторы и супер-модели. Певцы и литераторы. Балерины и конкистадоры. Самураи и дрессировщики тигров.

-- Как же они поместились на трех столах? – попыталась я вывести Иосифа из транса.

-- У нас столы были метр сорок на метр сорок. Их можно было разламывать и раздвигать. Если разобрать по элементам и выстроить изящной змейкой – умещалось тридцать человек. Я как дизайнер...

-- Что же случилось?

-- Банкет не состоялся!!! – Гольман уронил голову на грудь. Потом преодолел себя, восстановил «шейную» вертикаль и выдавил со страстным шипением, -- Инвестор не дал мне денег на скатерти!

Я боялась пошевелиться. Момент был драматический.

-- Я развернулся и ушел.

В центре стола появился круассан, щедро залитый ванильным кремом.

Гольман вздохнул и стал его есть с непристойным, захватывающим аппетитом.

Меня обозвали существом, которому уже и на чаек в ресторанах не хватает...
А я всего-то чуть-чуть позлорадничала, что у г-на Киселева не хватает средств на посещение одной прекрасной таверны.

Если серьезно. Про чаек. Я же работаю ресторанным обозревателем. Представляете, сколько мне приходится есть по службе? В личной жизни одна задача - есть как можно меньше. Вот, сдала статьи, второй день сижу на питьевой диете. Водичка, бульончик без всего, чаек.

Сегодня один из самых талантливых рестораторов этого города сказал мне с экспрессией: "Мне вообще насрать на все ваши статьи и все, что Вы пишете или не пишете".

Разумеется, о его ресторанах я писала и его рестораны высоко ценю.

Плакала. Довольно долго.

Неприятно.

Прим.: Человек он - очень хороший.

Кто хочет поглумиться - может поугадывать, о ком идет речь.

К сожалению, в большинстве случаев бизнес-ланч представляет собой серьезный компромисс между аппетитами гостей и алчностью рестораторов. Все уже давно привыкли, что обеденное предложение – это такая «условная» еда, состряпанная по принципу «дешево и сердито», зачастую значительно хуже качеством, чем то, что предлагается в основном меню этого же заведения. Никто от обедов по сходной цене ничего особенного не ждет, и радуется, если наткнулся хоть на что-то съедобное. Появилась даже расхожая шутка: «Мне вообще нравится вот этот "Бизнес-ланч". Каким должен быть бизнес, если у тебя такой ланч?».

Однако случаются и редкие, но очень приятные исключения. Таверна «Гролле», недавно открывшаяся на Васильевском острове, с 13.00 до 17.00 по будним дням предлагает «деловые обеды для тех, кто торопится». По сути это просто аттракцион невиданной до сих пор в нашем городе щедрости. Меню составлено недельной «афишей», за каждым днем закреплен определенный суп (окрошка, холодный борщ, солянка, щи и т.п.) и определенные горячие блюда.

Для разминки вам предложат один подход к салат-бару, ассортимент которого весьма разнообразен: здесь и «столичный», и салат с копченой рыбой, селедка под шубой, морковь с яблоком, огурцы с редисом, заправленные сметаной (в общей сложности больше 10 позиций). Среди закусок салат-бара судак горячего копчения и буженина. Все наисвежайшее и отменного качества. Собственно говоря, если просто из любопытства положить себе на тарелку (отнюдь не микроскопическую) по ложке каждого салата и/или по кусочку каждой закуски, можно устать все это есть уже к тому моменту, как принесут суп. А супы здесь невероятно наваристые, густые, честные.

Горячее в составе такого обеда можно выбрать либо из рыбы, либо из мяса. Таверна «Гролле» - единственное заведение в городе, предлагающее каждый день свежий улов из экологически чистых озер, Ладожского и Ильмень. Порции очень обширные, будь то шашлык из свинины или или филе судака, жаренное с перловой кашей. Обед здесь рассчитан на то, чтобы им смог насытиться крепкий взрослый мужчина. Вся трапеза стоит 395 руб. и, надо отметить, сюда еще входит и бокал роскошного, насыщенного, «неподдельного» клюквенного морса.

Рассказывая об обеде в этой таверне, невозможно не упомянуть об оригинальных, талантливо «скроенных» интерьерах. Здесь и мангал в форме осьминога, охватывающего щупальцами сундук с сокровищами, и фреска на одной из стен, и прекрасные виды из больших сводчатых окон на Андреевский собор, и светильники с картинками в духе «малых голландцев».

Единственный недостаток такого обеда, который можно обнаружить въедливым и очень пристрастным взглядом, это то, что еда довольно тяжелая и, как правило, посолена по максимуму. Абсолютно приемлемо и очень вкусно, но если вдруг вы придерживаетесь современного стандарта здорового образа жизни, это может быть некстати. Впрочем, солидные и уважающие себя мужчины, на которых ориентирована таверна, редко задумываются о таких мелочах.

(Опубликовано в газете ТРУД-СПб 19 июля 2011 г.)

Обнаруживаю, что в каталоге данного сайте нет весьма значимых и знаковых ресторанов. Нет Террассы Ginza Project, нет Вильям Басса. Наверняка, еще много кого нет. Это невероятно странно. Я понимаю, когда в каталоге нет каких-то дешевых и незначимых забегаловок, но когда нет ярких и важных ресторанов города - это более, чем странно.

В ресторане «Гоголь» вы найдете благородную русскую кухню с заметным европейским акцентом. Хотите почувствовать себя как русский дворянин первой половины XIX века – значит, вам сюда.

Потерянный рай
Недалеко от Невского проспекта «негромко» сияют старинные фонари нового ресторана. Это место стилизовано под квартиру интеллигентного человека середины XIX века – вот столовая, вот музыкальная гостиная, а это – кабинет и диванная. Бюст Вольтера на окне, клетка с птицами на пианино, белоснежные накрахмаленные скатерти и ширма с изысканным рисунком.

Гастрономические поэмы
В меню – старинной книжице с дореволюционной орфографией – описано «Собранie cочиненiй обитателей сей квартиры на темы гастрономiи и питiя».

Винегрет свежий, задорный, бодрый, поданный огромной россыпью на тарелке. Оливье с телятиной и раковыми шейками – компактный, легкий и насыщенный одновременно. Солянка «архетимическая», но не простая, а очень духоподъемная. Борщ кокетничает со своим «сотрапезником» теплыми приземистыми пампушками и увлекает своим напористым классическим вкусом. Салат с судаком маленький, пикантный, изящный на вкус, будто приготовленный из куда более экзотической рыбы. Суп Велюте из цветной капусты с брызгами лососевых икринок и щепоткой мускатного ореха – мечта для девушек на диете.

Стоит отведать
Главный «гоголевский» хит – «филей-миньонъ изъ парной говядины, изжаренный вполне или съ розовым соком, сервированный картофелью-paille и соусом демигляссъ c красным виномъ». Вкус необычный, сильный, терпкий, требовательный и очень мужской.

Самое литературное блюдо – «богатая сокомъ мясная котлета съ жареной картофелью а-ля Пушкинъ». Рецепт классический и легендарный. Наесться до отвала можно одним картофелем, но и котлета весьма недурна.

«Беф-строганофф» - есть не переесть. Порция огромная, душевная и очень щедрая не только по количеству, но и по качеству. На сладкое стоит выбрать теплый кекс-мадлен с малиной: нежнейшее творение, нечто среднее между шарлоткой и творожной запеканкой (а готовится совершенно иначе!).

Прозаические цены
По загадочным причинам, видимо, из-за тихо журчащей классической музыки, ресторан кажется более дорогим, чем реальные цифры в меню. Супы и салаты – около 300 руб., горячие блюда – от 300 до 700 руб.

Можно сказать, ресторан «Гоголь» предназначен для того, чтобы не выйти, а «войти» в гоголевскую шинель, ощутив аромат той эпохи.

Статья опубликована в журнале "Ваш Досуг" (СПб), №8 (455), 18 апреля - 1 мая 2011 г.

Ресторан «Фиш-хаус» - детище создателей знаменитых «Строганов Стейк Хауса» и «Русской Рюмочной №1». Здесь вы найдете спокойную респектабельную атмосферу, вкусную рыбу во всех ее проявлениях и честные цены.

Без затей, но со стилем
В «Фиш-хаусе» можно попробовать рыбу «без затей и украшательств», рыбу, приготовленную просто и самым подходящим для нее способом – рыбу в ее «оскоминной простоте». Если раньше вы не находили взаимопонимания с рыбной темой, то теперь ваши предубеждения исчезнут. Если вы знаток и любитель морепродуктов, в «Фиш-Хаусе» вы найдете уникальный выбор русской рыбы и полный набор ставших нам уже практически родными заморских «героев»: здесь есть и устрицы, и лобстеры, и барабулька, и дорада.

Кухня ресторана оснащена с основательностью авианосца. Руководит ей шеф-повар Игорь Дашкевич, прошедший серьезную школу у западноевропейских маэстро кулинарии. За свежестью продуктов здесь следят с «гестаповской» тщательностью. Морскую рыбу доставляю в корбах с колотым льдом прямо из Марселя через три часа после улова. Речная поставляется из Сибири и других уголков нашей страны.

Из сиговых интеллигентов
Муксун – одна из российских рыб, которую не так часто встретишь в меню наших ресторанов. Он относится к семейству сиговых, его «мясо» самое нежное и легкое. Впечатление от вкуса муксуна можно сравнить с впечатлением от беседы с тихим интеллигентным джентельменом. Достойно, негромко, но с отчетливым характером. В «Фиш-хаусе» муксун готовят на сковороде, но в результате он не выглядит жареным, скорее приготовленным на пару. Зато корюшку и нельму здесь жарят до хруста.

Сколько стоит в граммах?
«Фиш-хаус» один из немногих морепродуктовых ресторанов, где стоимость блюда указана не за 100 граммов исходного продукта, а просто за итоговую порцию. При стограммовом ценоисчислении, в основном практикуемом в ресторанах такого типа, сумма итогового счета может быть неожиданно высокой или просто непредсказуемой. Здесь порция гатчинской речной форели обойдется вам в 630 руб., мурманского палтуса или ладожского сига в 690 руб., сибирских нельмы и муксуна – в 920 руб. «Королеву русского стола» стерлядь в одиночку не осилить, лучше брать порцию этого розового нежного, практически бескостного «мяса» на двоих (1790 руб.). Стерлядь здесь предпочитают сначала немного подкоптить, а потом полностью запечь в духовке.

Достойная буржуазность
Главный вкусовой лейтмотив «Фиш-хауса» - это ощущение простой, хорошей, честной, качественной, свежей и здоровой еды без излишних спецэффектов. Но ресторан – это не только еда, это еще публика, атмосфера, настроение. В «Фиш-хаусе» везде и во всем ощущается интонация спокойной непафосной разумной буржуазности. Семейные ценности без экзальтации, дружеские отношения с давней историей, женщины, достойные во всех отношениях. Днем ресторан выглядит по-европейски деловито. В сумерках медузообразные тканевые абажуры начинают сиять особенно загадочно, создавая приподнятую, чуть праздничную атмосферу. Обслуживание в «Фиш-хаусе» всегда приветливое, корректное, но не напрягающее излишней торжественностью.

Ресторан полностью заполнен во время бизнес-ланча (с 12.00 до 15.00) и по вечерам после 18.00. Чтобы не остаться «не солоно хлебавши», лучше зарезервировать столик по телефону. В ресторане нет некурящей зоны, но вытяжка работает там мощно, так что никакого дискомфорта курение даже за соседним столиком не вызывает.

Статья опубликована в журнале "Ваш Досуг" (СПб), №7 (454), 4-17 апреля 2011 г.

В ресторане «Монтенегро» вы обнаружите культ свежих продуктов и эталонное соотношение «цена-качество» в меню. Сюда стоит заглянуть, чтобы почувствовать умиротворение, которого нам недостает.

Тепло европейского Юга
На окраинах Петербурга практически нет уютных, хороших, настоящих ресторанов. А вот на краю Васильевского острова, почти у Финского залива, такой оазис существует. Снаружи – традиционный «неухоженный» променад по набережной, внутри – европейская идиллия. Такой ресторан можно было бы назвать мечтой северного города о европейском Средиземноморье – здесь органично соединились черты разных территорий побережья: немного Прованса, чуть-чуть Испании, щепотка Балкан и Италия щедрой россыпью – и в меню, и в интерьере. Даже название ресторана – «географическое» и загадочное, словно сам Монте-Кристо остановился в Черногории отдохнуть от забот.

Культ свежести
В чем главный секрет средиземноморской кухни? Свежие продукты, простые рецепты, немного фантазии и золотые руки повара. Свежие продукты в наше время встречаются так же редко, как чистый воздух в центре мегаполиса. Простая аксиома – свежесть бывает только одной степени, абсолютной – сегодня часто требует доказательств. В «Монтенегро» это понятие не утеряно, а под свежими продуктами имеют в виду действительно свежие. Морепродукты прилетают несколько раз в неделю и не замораживаются вообще. Рабочие столы на кухне оснащены специальными гастроемкостями с оптимальной температурой, где хранятся вымытые овощи и зелень, чтобы они ни на секунду не заветривались. Каждое утро кондитер готовит новые десерты, жизненный цикл которых укладывается в один день.

Кулинарные «хиты»
Шеф-повар Александр Сергеев много путешествовал и собрал в меню оригинальные блюда из разных прибрежных районов Европы. В Булони заимствовал способ приготовления обжаренных морских гребешков в яблочно-ореховой заправке. Особый рецепт тыквенного крем-супа нашел в Гренобле: без сливок, сладкого привкуса, зато с крабом. Необычный, но очень вкусный крем-суп из каштанов с фуа-гра обнаружил в Барселоне. Филе телятины здесь подают с овощной лазаньей, жареными лисичками и соусом из голубого сыра. Даже самое простое и недорогое горячее блюдо – запеченная грудка цыпленка в соусе песто – порадует вас нежным изысканным вкусом. Одно из самых интересных рыбных блюд: треска, запеченная в хамоне с вялеными томатами. Хит среди десертов – миндальная трубочка с кремом маскарпоне.

Спокойные лица
Удивительно, но в этом ресторане дети не кричат, не плачут и не надоедают своим родителям. Даже других посетителей никак не беспокоят, только радуют своим ангельским видом. Взрослые здесь спокойны и расслабленны. Лица – будто все проблемы отступили. Европейские лица. Официанты в «Монтенегро» приветливые, расторопные и ненавязчивые.

Статья опубликована в журнала ВАШ ДОСУГ (СПб) №9 (456), 2-15 мая 2011 г.

В большинстве "видовых" ресторанов Петербурга элементарно не вымыты окна. Окна не вымыты в "Террасе", "Лангусте". Даже в "Гоголе", некогда мной очень любимом, окна не вымыты ("Гоголь" не видовой ресторан, но смотреть из окна на Малую Морскую очень интересно).

Так вот. Я сегодня была на пресс-ужине в ресторане "Давыдов" отеля "Астория". Там окна (с видом на Исаакиевский собор) сияют чистотой и явно постоянно поддерживаются в таком состоянии.

"Мансарду" еще не проверяла.

"Самое любимое блюдо у Лона - стейк, и Фриц это знает.

Это по-настоящему красивое блюдо. Стейк был толстым, с румяными отметинами от решетки, на которой он жарился, к месту были и грилированные кружочки сладкого картофеля, и обжаренные в масле шампиньоны; на краю блюда высилась горка водяного кресса, а аромат стоял такой, что мне захотелось заказать Фрицу точную его копию.

-- Теперь я знаю, -- сказал Лон, -- все это только сон. А я-то готов был биться об заклад, что ты взаправду мне позвонил и пригласил в гости. Ладно, буду грезить дальше. -- Он надрезал мясо, потек сок; затем отрезал кусочек и отправил кружок сладкого картофеля и ломтик шампиньона. Я следил за ним так, как смотрят собаки, когда им позволяют сесть у хозяйского стола. Вытерпеть я больше не мог. Я пошел на кухню, вернулся с двуми кусками хлеба на тарелке и сунул их ему.

-- Давай, брат, поделись. Ты же не сможешь съесть три фунта мяса.
-- Тут меньше двух фунтов.
-- Ну, конечно. Сваргань мне бутерброд.
Он должен был сдаться, он же в гостях"

Рекс Стаут. Второе признание. (Рецепт - стейк-портерхаус на доске)

А почему здесь так редко блоги обновляются? 1-2 записи в сутки появляются. Тут же много участников. Народ безмолвствует? И все очень малокомментируемое. В чем смысл?

Больше всего мне нравится баннер с рыбой из ресторана "Монтенегро". Вот смотрю я на эту мультяшно-рекламную рыбу, и у меня сразу повышается настроение. Мелочь, а невероятно приятно.